Новости и события

Эту работу можно рассматривать как продолжение и углубление опубликованного в 2020 году «Словаря ключевых понятий христианского богословия». Новая публикация предваряется мыслью автора о том, "что каждая эпоха, и богословие здесь не исключение, говорит на своем языке, решает проблемы, насущные для эпохи, пускай проблемы эти будут самые фундаментальные..."

Жанровая принадлежность настоящей книги пространных пояснений не требует. В ней вниманию читателя предлагается ряд очерков, объединенных не последовательным развертыванием мысли или концепции, а соотнесенных с тем, что в заглавии обозначено словами В. В. Розанова, точнее, представляющими собой заглавие одной из его многочисленных книг. В нашем случае неясное и нерешенное относится к области знания как никакая другая соотнесенной с заведомо непостижимым в виду своей сверхразумности. Однако у этой непостижимости есть свои градации и ступени, существующие в промежутке между чистой сверхразумностью и той, которая богословами нередко опасливо преувеличивается вплоть до того, что в сверхразумное записываются реалии, в отношении которых возможны шаги в сторону разумного осмысления.

Неясное и нерешенное в богословском знании. – Санкт-Петербург, ИД «Петрополис», 2024. – 504 c.

Во «Введении» автор замечает, что эту его работу можно рассматривать как продолжение и углубление опубликованного в 2020 году «Словаря ключевых понятий христианского богословия». Новая публикация предваряется мыслью автора о том, «что каждая эпоха, и богословие здесь не исключение, говорит на своем языке, решает проблемы, насущные для эпохи, пускай проблемы эти будут самые фундаментальные. …Все равно истина многогранна и конкретна. Попытки ее конкретизации … никогда не будут лишними, даже если нами будут найдены новые слова, отвечающие духу современной эпохи… И конца этому движению мысли и веры быть не должно, какими бы скромными достоинствами ни обладала та или иная попытка истолкования».

Круг тем, составляющих содержание этой книги, являются попыткой богословского толкования и комментирования некоторых догматических положений, насущных для христианина в стремлении глубже понять вероучение церкви. Книга состоит из 18 глав:

Глава 1.  О познании Бога

Глава 2. Понятие Бога

Глава 3.  Бог есть любовь

Глава 4.  Бог,  красота, любовь

Глава 5.  Боговоплощение

Глава 6.  Бог и мировое зло

Глава 7.  Бог, тварный мир, ничто

Глава 8.  Мир видимый и невидимый в христианстве

Глава 9.  Грехопадение. Греховность. Прегрешение

Глава 10. Бог и вера

Глава 11. Философское знание и богословская вера

Глава 12. Доказательство бытия Божия как богословская проблема

Глава 13. К прояснению понятию «бытие»

Глава 14. Онтологический статус свободы

Глава 15. Понятие «смысл» и богословское знание       

Глава 16. Богословие истории в его осуществленности и перспективах

Глава 17.  Христианский опыт в богословии Ж. Кальвина

Глава 18. Причастие и жертва в таинстве Евхаристии

Очевидно, что христианское вероучение опирается на догмат как последнюю и непререкаемую истину во всем сущем. Истина эта обретается через Откровение и этим коренным образом отличается от философского знания. С богословским знанием ситуация не столь однозначная. Во всяком случае, для христиан. Богословие призвано комментировать догмат и создавать на его основе построения, логически выверенные в мере, доступной человеческому разуму. Они могут быть более или менее близкими к истине, но самое существенное для автора настоящей книги состоит в том, что богословы не так уж редко склонны обходить стороной в принципе богословию доступное, ссылаясь на непостижимость божественных тайн. И они действительно могут быть непостижимыми, но это выявляется только в результате поисков и не должно быть всего лишь общим местом в рассуждениях богословов. Исходя из этого положения написана предлагаемая вниманию читателя книга. Ее автор прекрасно сознает рискованность некоторых своих положений в готовности принять их критику. Но сам путь поиска того, что остается не проясненным в богословском знании, является для автора вполне оправданным. Книга такого рода в первую очередь предназначена для тех, кто имеет опыт чтения богословских трудов, что не исключает обращение к ней менее опытных читателей.

Источник