Новости и события

Политическая теория еврейского народа. Современный сионистский нарратив играет ключевую роль формировании еврейской идентичности как в самом Израиле, так и за его пределами. В книге Хаима Ганса дается историко-философский анализ современной версии сионизма и его антитезы — постсионизма.

Автор предлагает модель эгалитарного сионизма, в основе которой лежит право на национальное самоопределение. Связь евреев с землей Израиля рассматривается как вопрос их национальной идентичности, а не собственности, а их связь с государством Израиль — как осознанный личный выбор. По убеждению Хаима Ганса, такая модель гораздо лучше соотносится как с историей и современным положением еврейского народа, так и с задачей урегулирования арабо-израильского конфликта.

Современный сионистский нарратив играет ключевую роль формировании еврейской идентичности как в самом Израиле, так и за его пределами. В книге Хаима Ганса дается историко-философский анализ современной версии сионизма и его антитезы — постсионизма.

Книга, которую вы держите в руках, увидела свет в 2016 году, но к российскому читателю она безнадежно опоздала, по причинам, которые я изложу ниже. Впрочем, уже в момент своего написания «Политическая теория еврейского народа» принадлежала прошлому, будучи изложением кредо лево-либерального сионизма, чья звезда на политическом небосклоне Израиля клонилась к закату.

К прошлому Израиля принадлежит и профессор Хаим Ганс, иронией судьбы оказавшийся ровесником этой страны (он родился в 1948 году). Его жизнь неразрывно связана с основными событиями в жизни израильского государства: он родился в привилегированной семье ашкеназских евреев, принимал участие в войне 1967 года, учился в Иерусалимском и Тель-Авивском университетах, редактировал научные журналы и публиковался в престижной газете «Ха-Арец». Он является выдающимся представителем того, что писатель Амос Оз назвал «Белым племенем» ( «Шевет ха-лаван»), старой ашкеназской элитой, безраздельно правящей Израилем первые три десятилетия существования этой страны.

1970-ее году стали для его поколения моментом истины. 7 октября (роковая дата израильской истории!) 1973 года началась Война Судного дня, в начале которой израильтяне понесли тяжелейшие потери. Мифу «о непобедимости ЦАХАЛа» пришел конец, а наиболее дальновидные израильтяне, к числу которых, безусловно, принадлежит и автор данной книги, осознали невозможность бесконечно строить политику по отношению к коренному палестинскому населению и соседним странам с позиции силы. Целый ряд хорошо осведомленных ученых, военных, общественных деятелей, стали выступать пути мирного сосуществования с соседями. Одновременно с этим в 1977 году правящая партия МАПАЙ впервые в истории проиграла парламентские выборы. К власти пришел блок «Херут» (в дальнейшем «Ликуд»), представлявший так называемый «Второй Израиль», выходцев из стран востока, мелких предпринимателей, выходцев из бывшего СССР, враждебно относившихся к старому ашкеназскому лево-либреальному истеблишменту.

Как пишет Ганс «Те, кто придерживается гуманистической и либеральной политической морали, рассматривают эти последствия как продолжающуюся и растущую катастрофу. Мне кажется, это и есть главная внеакадемическая причина роста постсионизма в академии». Некоторые из его современников и коллег по академии Том Сегев, Илан Папе, Ави Шалим, Шломо, предприняли ревизию идеологических догм сионизма, что породило феномен «новых историков», «постсионистов».

Для Хаима Ганса и многих его единомышленников по леволиберальному лагерю, отказ от идей сионизма, в идеалах которого он был воспитан, который он защищал, и который обеспечил ему привилегированный статус, оказался неприемлемым. «Политическая теория еврейского народа» предлагает читателям теорию «эгалитарного сионизма», основанной на политике идентичности. По мнению автора, евреи, столкнувшись с гонениями в первой половине XX века, осознали себя как нацию, и этого было достаточно, чтобы нацией стать. Впрочем, кажется, что и сам Ганс понимает слабость своего тезиса.

«Эгалитарному сионизму» Хаим Ганс противопоставляет «собственнический» и «иерархический сионизм», рассматривающий землю Палестины как собственность еврейского народа и интерпретирующий право евреев на самоопределение как право на региональную гегемонию. Автор вынужден признать, что в современном Израиле подобные воззрения являются господствующими и они приводят к возрождению самых темных практик прошлого столетия:

«Колониальные идеи не прописаны в их конституциях. Напротив, эти страны стремятся откреститься от преступлений, совершенных в процессе их образования, признают преступный характер процессов, которые привели к появлению этих государств, а также признают национальные и культурные права оставшихся общин коренного населения. Если мои аргументы верны, Израиль ушел в прямо противоположном направлении.

В отличие от стран Нового Света, где колониализм давно перестал быть основополагающей идеологией политического, конституционного и правового устройства, для многих евреев по всему миру и для большинства израильских евреев идеология, которая привела к созданию Израиля, продолжает оставаться наиболее значимым идеологическим вдохновением для ведения повседневной еврейской политики. Она играет эту роль во внешней и оборонной политике Израиля, в его конституционном и правовом устройстве, в его экономике, земельной и иммиграционной политике, не говоря уже об организации общественных пространств и символах».

Впрочем, большая часть «Политическая теория еврейского народа» посвящена не критике «собственнического сионизма», а дискуссии с «постсионистами», критиками сионистской идеологии. Их автор обвиняет в повторении давно уже установленных наукой фактов и догматическому подходу к понятию нации. С другой стороны, Ганс обходит определение евреев, как приверженцев иудаизма, представителей не нации, а мировой религии, подобно христианству, исламу или буддизму, в котором «Ам Исраэль» ( «Народ Израиля») является аналогом мусульманского уммы, католической «Республики христиана» или «Народа православного» на Руси. Также автор опускает вопрос формирования отдельной израильской нации, стараясь объединить израильтян с еврейской диаспорой, которая якобы отождествляет себя с израильским государством.

Сегодня мы уже точно можем сказать, что «эгалитарный сионизм», описанный тель-авивским профессором, скорее всего, умер не родившись. В результате парламентских выборов последних лет, лево-либеральный лагерь в Израиля в лице своих партий «Авода» и «Мерец» сошел с политической сцены. События октября 2023 года, поставили на повестку дня окончательное решение палестинского вопроса и полное торжество «собственнического сионизма» от Дамаска до Газы. А «Политическая теория еврейского народа» стала интересным интеллектуальным упражнением и памятником либеральной мысли последнего десятилетия, радующей в той же степени, что и игры ума средневековых схоластиков.

Источник